В западне

Маникюр / Маникюр и педикюр / УХОД ЗА НОГТЯМИ / В когтях ястреба / В западне

Страница 1

Любовь в определенном смысле схожа с безумством, временным помешательством, заставляющим пораженных ею разумных существ творить абсурдные, непостижимые здравым смыслом поступки. Только безумцы способны так увлечься беседой, чтобы бродить по опасным улочкам ночного города и мило ворковать, не обращая внимания на зловещую темноту, презирая возможно притаившуюся в ближайшей подворотне опасность и ничуть не беспокоясь, что о них подумают встретившиеся по пути люди, например промышляющие ночною порой разбойники или патрулирующие улицы стражники. Но вот что странно, сама Удача как будто покровительствует влюбленным парочкам, оберегая их от губительных встреч с лиходеями и просто подонками.

Патруль прошел мимо. Солдаты даже мельком не взглянули на шагавших под ручку и премило беседующих мужчину и женщину. А зря… ведь если бы они пригляделись повнимательнее, то сразу бы поняли, что последнюю пару часов оба «голубка» провели в делах, весьма далеких от любовных утех с романтическими воздыханиями. Подол платья женщины был разорван во многих местах, и из дыр не только просвечивала белая ткань нижних юбок, но и торчали небольшие обломки веток то ли куста, то ли дерева. На не прикрытой чепцом голове «вошедшей в самый сок» красавицы творилось невообразимое безобразие, которое даже в темноте никак нельзя было спутать с прической. Половина застежек на платье была оторвана. Волосы женщины были растрепаны, торчали в разные стороны, и между ними местами тоже застряли листья. На щеках и на лбу дамы красовалось несколько свежих царапин, левая сторона лица возле глаза слегка припухла, а из краешка нижней губы едва заметно сочилась кровь. Галантно ведущий ее под руку кавалер выглядел с первого взгляда куда лучше, но лишь потому, что усиленно прикрывал полами плаща переднюю часть своего дорогого наряда, скрывая от посторонних взоров довольно большую дыру с опаленными порохом краями и пропитанную кровью ткань. Оба спутника хоть неотрывно и глядели друг на друга, но в их взорах не было ни восхищения, ни умиления, да и разговор, который они тихо вели, никак не напоминал слащавое воркование влюбленных.

– Да перестаньте вы руку мою сжимать! Мне больно! Куда вы меня тащите, милостивый государь?! – почему-то боявшаяся привлечь внимание проходивших мимо стражников, Линора яростно возмущалась, но шепотом.

– Я не тащу, я лишь провожаю вас до дому, сударыня! Час поздний, по пути всякое может приключиться, всякий сброд может встретиться.

– Сброд мне уже встретился, это вы! И откуда мне знать, что ваши намерения чисты?! А вдруг вы затащите меня в подворотню и?

– Я вас в подворотне и нашел, – невозмутимо опроверг смелое и далеко не лестное для мужского достоинства предположение спутницы Штелер, – для этого «и» совсем не стоило тащить вас куда-то силком, достаточно было остаться на месте и свершить то, в чем вы меня упрекаете. Не волнуйтесь, – усмехнулся моррон, – одну красавицу я уже похитил, а на вторую в моем возрасте и силушки-то не хватит…

– Ослабьте вашу хватку, мне больно, – видно принявшая приведенный аргумент всерьез, сменила тему упреков Линора, – гляньте, что вы и так со мной сотворили!

– Я?! – искренне удивился барон, все же немного ослабивший хватку. – Мне кажется, вы переоцениваете мои скромные заслуги. Я всего лишь ловил вас, когда вы весьма неудачно спрыгивали с дерева… Кто же вас просил потом еще дергаться?! Какой шаловливый бес нашептал на ваше прекрасное ушко, что нужно лезть обратно да еще дрыгать ногами как сумасшедшая?! Вполне естественно, что я вас немного не удержал…